В Норильске второй раз собрали всех, кто организует привлечение туристов на Крайний Север, на выставку внутреннего туризма «В центре Таймыра». Еще раз продемонстрировали все точки притяжения сохранившейся практически в первозданном виде уникальной территории в центре России, чтобы с удовлетворением констатировать, как отметил девятикратный чемпион страны по автоспорту Евгений Павлов: «На Север тянет именно душой». А душа есть у миллионов россиян, может же она привести в гости в Заполярье.
Чем «торгует» Таймыр?
В очень компактном виде топ-10 представила географически и исторически неповторимый и притягательный для внешнего гостя сибирский Крайний Север руководитель Клуба исследователей Таймыра Лариса Стрючкова.
- Десять не потому, что больше удивительного нет, просто так повелось. И еще потому, что это уникально даже для планеты, не говоря уже о пределах России. Поэтому если вы прибавите к любому из этих природных феноменов эпитет «самый северный в мире, единственный», то понятно, почему и как собралась именно эта десятка. Мыс Челюскина, «лесной остров» Ары-Мас, озеро Таймыр, Горящие угли, каменные города, овцебык, Попигайская астроблема, оленьи мосты, река Енисей и плато Путорана. По поводу последнего не забудьте, что в список объектов всемирного наследия ЮНЕСКО это плато включено в перечень природных феноменов с критерием «исключительной красоты и эстетической важности», - перечислила корреспонденту «Сибирский.Новостной» Лариса Николаевна.
Вот именно эта дикость, первозданность и привлекает по-хорошему сумасшедших туристов на плато Путорана. Хочешь не хочешь, но чувство первооткрывателя здесь может ощутить каждый – шанс в этих категорично безлюдных местах наступить впервые ногой человека в минувшие 200 миллионов лет – стопроцентно есть. Согласившись с первой десяткой, мы попросили добавить еще чудес, которые бы привлекли еще больше туристов на Таймыр. Людмила Стрючкова, нимало не задумавшись, упомянула еще два: этнографическую обособленность пяти коренных северных этносов, три из которых более нигде в мире не представлены, с чьим укладом и традициями еще можно успеть познакомиться, и… ночной загар при полуночном солнце в полярный день – стойкий мягкий особенного цвета – такого тоже нигде на планете получить невозможно.
Итак, как исторически сложилось, Таймыр, конечно, ни в коем случае не конкурент пляжному туризму и лечебным курортам. Край суровый, наполовину закрытый заповедными правилами, он притягивает, и, впрочем, зазывает именно таких – спортсменов, экстремалов, охотников и рыболовов, поклонников этники и «первооткрывателей», а также искателей мистики, экзотики и «мест силы». Как признался Андрей Подкорытов, мультипутешественник с пробегом 3591 километра по плато Путорана, «аномалий там на один квадратный километр встречается больше, чем где бы то ни было в мире». Но и мифов, которые оставили очень немногочисленные исследователи Путоран, тоже хватает. Подкорытов, один из немногих людей в мире, который видел 50 водопадов плато (а их там несчитано – сотня и более), на собственном опыте утверждает, что на самом деле высшая точка Путоран – гора с высотой в 1678 метров, тогда как все кивают на карты и гору Камень, которая достигает 1592 метров. Но такие «люди плато Путорана» как Подкорытов – особенная каста, совсем не подходящая под категорию массового туриста, каждое его путешествие длится месяц и более, а подготовка занимает годы.
В центре Таймыра нечего делать. Без денег
Заполярному полуострову нелегко конкурировать за массового туриста прежде всего потому, что сюда «только самолетом можно долететь», а это сразу добавляет к ценнику тура минимум тридцать тысяч рублей на человека. А дальше будет только больше, поэтому норильские и дудинские власти стараются раскачать на внутренний туризм местную аудиторию, которая, по сути, и так тут уже. Казалось бы, смысл в этом есть – население агломерации без приезжих составляет более 200 тысяч человек. Но и оно с трудом самостоятельно осваивает двадцатикилометровые окрестности двух городов. В Норильске, Дудинке, Диксоне и Хатанге предлагаются в общей сложности до сотни авторских туров. Но даже более-менее групповые туры на плато Путорана на несколько дней – это уже от сотни тысяч рублей на человека. И еще: внешний турист, более платежеспособный, хотел бы ориентирвоаться на туроператора, который предлагает комплексный продукт: с трансфером, размещением, питанием и познавательной программой. А пока на весь Таймыр сегодня примерно 8 гостиниц с фондом на 400 мест и 12 кафе и ресторанов.
- Наверное, все-таки, турпоток внешний не восстановился до допандемийных значений. Тогда зарубежных туристов было немало, сейчас их очень мало. Впрочем, даже это касается туристов из России, из Беларуси. И, откровенно, говоря, спад продолжается внешнего турпотока, насколько мы можем судить и по той, информации, которую получаем от своих коллег. Что будет в этом году – пока не знаем. Срабатывает ценовой фактор, и то, что в Норильске не развивается в достаточной мере инфраструктура. Людям уже мало фото на фоне водопада, нужна какая-то опора в виде места размещения – то ради чего им стоило бы приезжать. Из турбаз приличных, пожалуй, только Нералах (парк-отель на берегу фьордового озера Лама на плато Путорана – прим.ред). Люди сейчас вроде и готовы платить, но требуют взамен комфорт. Вот мы устраиваем массовые восхождения на гору Сокол, но и там туристам хочется на что-то сесть, в чуме необычном посидеть. Пляжному отдыху Таймыр явно не конкурент. Привлекает он экстремальщиков (на всех видах транспорта – джипах, багги, вездеходах, снегоходах и т.д.), спортивных туристов – спортсменов, первооткрывателей, условно их так назовем, потому что места тут первобытные, туры условно маскирующиеся под экспедиции, охотников и рыболовов и искателей мест силы. В нашей категории – путешественников на джипах – это 90 процентов приезжие пользователи. Из доступных для большинства – это сплавы: они более массовые и требуют меньших затрат. И у них, наоборот, примерно 10 процентов – это приезжие на Таймыр, - рассказал «Сибирскому.Новостному» директор OffroadPutoranaTravel Владимир Карелов.
Есть еще категория внешних отдыхающих, на которую возлагают надежду туроператоры – это бывшие работники Таймыра: пока они были здесь, из-за работы им было некогда посещать местные красоты, но, уехав, они возвращаются уже сюда туристами – «потому что Север запал в душу». Главный вопрос – а кто должен вкладываться в развитие инфраструктуры – дело для мест диких и климатически экстремальных очень недешевое? Есть еще и другой нюанс: половина Таймыра – места заповедные, государством охраняемые, которое говорит, что ничего такого капитального строить нельзя, а если и строить, кто будет обслуживать, а если много людей приедут, кто будет отвечать за их безопасность, и вот такие вопросы по кругу.
- Промышленных туристов за последние годы стало больше. Из-за понятных ограничений прибавил гостей российский внутренний туризм. Теперь приезжает гость, который много где на планете побывал. А привлекает его именно отдаленные дикие малоизученные места. Вот тут Таймыр, что называется, отличился, здесь внешних туристов бывает, по сути, две-три тысячи в год. И смотрите, как срабатывают факторы привлекательности, которые, с другой стороны, как бы говорят об упадке отрасли – во-первых, нет толпы, здесь полный детокс. За этим детоксом, за полной оторванностью от цивилизации, без интернета, за близостью к дикой природе – и приезжают люди. Экстремальщики, мистики, спортсмены, искушенные тургурманы, минимально – этники. А вот по этой категории – у нас рост турпотока, и мы все чаще отвечаем: извините, эти даты выкуплены, - призналась корреспонденту «Сибирского.Новостного» старший экскурсовод «Панарктик Стар» Екатерина Каверина.
Так или иначе все федеральные туроператоры сетуют, что в отношении туризма на Таймыр главную проблему составляют транспортные затраты - в цене турпакета они составляют 40 процентов. Вот бы получить региональные субсидии на туристическую логистику – туристов стало бы вдвое-втрое больше.
Юрий Тютрин рассказывает на выставке о плато Анабар.
- У нас, в общем-то, эксклюзивная публика. Взять, к примеру, охоту на диких гусей - просто так ведь не поедешь отдавать по полмиллиона за охоттур, это надо болеть этим, любить… Чаще всего звонят, говорят, что хотят побывать на мысе Челюскина. А на плато Анабар (менее известный природный таймырский феномен возрастом под 150 миллионов лет – прим.ред.) – там особенно впечатляются каменными столбами вдоль рек, говорят, что с другими российскими примерами не идет ни в какое сравнение. И вот что любопытно, зарубежный турист к Хатанге, Хатангскому району и плато Анабар проявляет гораздо больший интерес, даже в сравнении с российскими туристами. Как и в направлении ультрадорогих туров – хотя увидеть белых медведей, моржей, овцебыков, искупаться в озере Таймыр. Привлекает их экзотика, и, вспомнил, последнее глобальное географическое открытие – архипелаг Северная земля. Едут, балдеют, медитируют, поют песни под гитару у костра… Есть тонкая прослойка туристов, которых привлекает изолированность в турах – лет пять назад достучались к нам представители Южной Кореи – ставили условие, чтобы на всем протяжении маршрута не было мобильной связи, ну и интернета, само собой. Причем, готовы были доплатить за тишину, - рассказал «Сибирскому.Новостному» Юрий Тютрин, директор «Анабар Тур».
Как ни странно, Юрий Тютрин замялся, когда я его спросил, готовы ли туроператоры к увеличению турпотока, ведь, на первый взгляд, это всем выгодно, все этого на Таймыре хотят: «Можно лишь принять к обсуждению. Надо думать. Таймырский туристический период - сезон, что называется, очень короткий, как правило, еще до нового года все места в группах на лето уже забронированы. И все – ресурсы заканчиваются: места размещения, люди, гиды, инструкторы, лодки, палатки, припасы, инструменты, оснастка… А ведь есть еще, что не от нас зависит, например, ограничения по авиации (а мы помним, что большинство тургрупп доставляютсяк месту старты самолетом или вертолетом - прим.ред)… объему парка и запасам топлива. Мы-то, туроператоры, ментально готовы, но по ресурсам и инфраструктуре так быстро раскачаться не получится объективно».
Фото автора.
