«Сибирский. Новостной» продолжает серию рассказов о людях, чьи судьбы неразрывно сплелись с историей нашего сурового края, кто вложил в его развитие свой талант, труд и душу. Сегодня наш герой – Николай Андреевич Чинакал. Его имя не так известно широкой публике, как имена космонавтов или артистов, но оно очень многое значит для шахтеров Кузбасса.
Николай Чинакал – это человек, который прошёл путь от ссыльного до Героя Социалистического Труда, создал технологию, ставшую настоящим щитом для тех, кто добывает уголь из глубин сибирской земли. Но за изобретателем всегда стоит человек – со своей непростой судьбой, потерями, любовью… И неожиданно обретенной родиной – Сибирью.
Искра, зажженная Жюлем Верном
Далекий 1888 год. Глухая деревушка Нур-Али в Таврической губернии (нынешний Крым). Здесь, в семье простых тружеников, и родился Коля Чинакал. Жизнь была нелегкой с самого начала. Старшему сыну рано пришлось познать тяжесть крестьянского труда.
Деревеньки, в которой родился Николай, уже давно не существует. Но она могла выглядеть и вот так. Фото: tr.pinterest.com
Но мир мальчика не ограничивался заботами, которые он разделял с родителями. Его воображение завоевали книги Жюля Верна, особенно фантастическое «Путешествие к центру Земли». Эти страницы зажгли в Коле неутолимую жажду знаний, страсть к исследованию неведомых глубин. Учитель местной школы разглядел в смышленом мальчишке искру. Он помог ученику подготовиться к поступлению в Симферопольское реальное училище – окно в большой мир науки.
Учёба давалась нелегко, а средств катастрофически не хватало. Николай вынужден был подрабатывать уроками, его родители отдавали последние гроши, свято веря в способности сына. Эта вера и упорство паренька принесли плоды: училище он окончил с отличием, доказав, что при желании каждый может достичь поставленной цели.
Первые шаги гуманиста-инженера
Билетом в профессию стало Екатеринославское горное училище, куда Николай поступил в 1908 году. Уже здесь, во время практики в донецких шахтах, юноша столкнулся с суровой реальностью горняцкого труда. Адская теснота выработок, вечная угроза обвалов, каторжный 12-часовой день, изматывающая борьба с угольной пылью и водой – зрелище изнуренного, обессиленного люда потрясло его. Именно тогда в нём сформировался стержневой принцип, который он пронес через всю жизнь: техника должна не только добывать уголь, но прежде всего – спасать людей, облегчать их труд. Этот гуманистический подход стал его кредо.
Труд шахтёра всегда был самым опасным и тяжёлым. Фото: primamedia.ru
1920-е годы. Чинакал – уже опытный специалист, заведует отделом механизации крупного треста «Донуголь». Он с энтузиазмом берётся за модернизацию: внедряет более эффективные вагонетки, повышает напряжение на подземном электротранспорте, добивается сокращения рабочего дня шахтёров до 8 часов. Его идеи работают, эффективность растёт. Но в атмосфере подозрительности и доносов активность Николая, его стремление перенимать зарубежный опыт (включая командировку в США и Европу с видным учёным академиком Скочинским) были восприняты как «вольнодумство». Результат – увольнение.
Это был удар, но не конец. Позже, вернувшись к работе, Чинакал совершает настоящий прорыв: механизация шахт под его руководством вырастает в 16 раз! Казалось бы, признание, карьерный взлёт… Но судьба готовила крутой поворот.
Каторга, ставшая судьбой
1928 год. Гром грянул с началом печально известного «Шахтинского дела». Волна репрессий накрыла и Чинакала. По абсурдному, надуманному обвинению во «вредительстве» его арестовывают. Приговор суров: конфискация имущества и 6 лет лагерей. Под конвоем Николай Андреевич прибывает в Кузбасс, на шахту «Емельяновская». Сибирь встретила его не просто сурово – она стала его тюрьмой. Казалось, карьере, да и жизни, пришел конец.
На слушание дела «об экономической контрреволюции в Донбассе» пускали как в театр – по билетам. Источник: shakhty-media.ru
Но Николай Чинакал был не тем человеком, которого легко сломить. Его знания, инженерный талант и преданность делу были слишком ценны даже в условиях ГУЛАГа. Уже в 1930 году, ещё будучи заключённым, он назначается заместителем главного инженера проектного бюро «Кузбассугля» в Новосибирске. Чинакал пересматривает и оптимизирует проекты десятков шахт, лично запускает новые, проектирует крупный Завьяловский рудник. Однако главная боль, главный вызов ждали его под землей.
Работая в Кузбассе, Чинакал постоянно сталкивался с чудовищными последствиями обрушений мощных угольных пластов. Гибель людей под завалами была страшной обыденностью. Это не могло оставить равнодушным инженера, для которого спасение жизней шахтёров было смыслом профессии. В 1935 году, наблюдая за очередной трагедией и анализируя недостатки существующих методов крепления, Николай находит революционное решение. Так родился «щит Чинакала» – подвижная металлическая крепь. Её гениальность была в простоте и эффективности: щит не стоял, а двигался вслед за добычным забоем, надежно удерживая свод выработанного пространства, создавая безопасную зону для работы людей. Это была не просто новая крепь – это был настоящий спасательный щит, резко снизивший травматизм и гибель горняков.
Чинакал и «Щит Чинакала». Источник: scfh.ru
Значение изобретения было огромным. В 1943 году, в разгар войны, когда уголь Кузбасса был кровью для промышленности, Николай Андреевич Чинакал получил за свой «щит» Сталинскую премию. А в 1956 году авторитетная международная экспертиза включила систему щитовой крепи Чинакала в список 50 величайших достижений горной науки XX века. Его имя стало известно миру.
За титулами – человек
За строгим обликом ученого и руководителя скрывался человек с живыми увлечениями и простыми радостями. Коллеги знали Николая Андреевича как страстного охотника. В 1950-е годы он даже возглавлял новосибирскую стендово-стрелковую секцию, находя в этом отдушину от напряжённой работы.
Охота как отдушина и способ разнообразить меню. Фото: bessmertnybarak.ru
О личной жизни, о семье Чинакал говорил и писал мало. Известно, что его верной спутницей была жена Анна, разделявшая с ним все тяготы жизни, включая годы репрессий и невзгод. В быту, по свидетельствам, Чинакал был удивительно скромен. Даже став в 1944 году директором престижного Института горного дела Сибирского отделения АН СССР (и проработав на этом посту почти 30 лет!), он продолжал жить в обычной, ничем не примечательной квартире, чуждой каким-либо признакам роскоши.
«…Я родился и вырос в глухой деревне… В детстве я слышал разговоры старших о том, что есть хорошие и плохие люди. От них я узнал, что быть хорошим человеком хорошо… А как стать хорошим человеком? Мне отвечали, что нужно научиться приносить пользу людям», - говорил Николай Андреевич.
Ирония судьбы заключалась в том, что по-настоящему близкими людьми для Николая Андреевича стали сибиряки, а истинной родиной – Сибирь, куда его привезли под конвоем как врага народа. После освобождения он категорически отказался уезжать, оставшись навсегда верным Сибири.
От щита – к институту и нефтяным кладам
Почти 50 лет Николай Андреевич Чинакал отдал развитию сибирского края, став подлинным патриархом его горной науки. Его вклад выходил далеко за рамки знаменитого щита. Он был инициатором, вдохновителем и первым директором Горно-геологического института в Новосибирске, который сегодня с гордостью носит его имя – Институт горного дела им. Н.А. Чинакала СО РАН. Под его руководством институт стал флагманом горной науки в стране.
Институт горного дела в Новосибирске. Фото: novos.mk.ru
Его инженерная интуиция и научный подход сыграли ключевую роль в освоении недр Сибири. Именно Чинакал, анализируя геологические данные, убедительно доказал перспективность поисков нефти и газа в Западной Сибири. Его авторитетное мнение помогло сдвинуть с мёртвой точки разведочные работы, заложив основу для открытия гигантских месторождений, ставших позже основой топливно-энергетического комплекса страны. Чинакал лично разрабатывал и внедрял передовые технологии для освоения Томь-Усинского угольного бассейна, который называли «вторым Кузбассом», обеспечивая энергетическую безопасность региона и страны.
Щит, имя и вечная память
Заслуги Николая Чинакала были по достоинству оценены государством. В 1967 году 79-летний ученый получил высшую награду – звание Героя Социалистического Труда. Но даже в преклонном возрасте он оставался верен себе и своему делу. Он до последних дней лично спускался в шахты, чтобы увидеть, как работают его системы, консультировал молодых инженеров, делился бесценным опытом. Его энергия и преданность профессии поражали.
Николай Андреевич Чинакал, чьё изобретение спасло тысячи шахтёрских жизней. Фото: архивы СО РАН
Умер Николай Андреевич в 1979 году, совсем немного не дожив до своего 91-летия. В Новосибирске, на Заельцовском кладбище, его могила никогда не бывает пустой. Сюда приходят благодарные потомки, ученики, горняки, чтобы поклониться «патриарху сибирской горной науки», человеку, чье изобретение – тот самый «щит Чинакала» – спасло и продолжает спасать тысячи жизней под землей.
Заглавная иллюстрация: коллаж «Сибирский. Новостной»
