В «Норникеле» запущена программа выпуска цифровых финансовых активов, стоимость которых привязана к акциям компании. Этот проект еще осенью анонсировал крупнейший совладелец и президент «Норникеля» Владимир Потанин.
Объясняя причину этого решения, бизнесмен говорил о желании «восстановить историческую справедливость», в результате чего 15% акций опять вернутся к людям, в том числе, к работникам «Норникеля». По его словам, программа позволит увеличить долю физлиц в капитале компании с текущих 10% до 25%, и частично это будет реализовано за счет наделения сотрудников акциями компании в цифровой форме.
Однако в краткой инструкции, которая размещена на сайте «Норникеля», говорится, что сотрудники получат цифровые финансовые активы (ЦФА). Стоимость токена будет равна стоимости 1 акции «Норникеля» (по состоянию на 6 апреля, 15 370 руб.). Каждому сотруднику в зависимости от стажа достанется от 2 до 10 ЦФА. Опорным банком программы мотивации будет принадлежащий Потанину Росбанк. Для того чтобы вступить в программу, сотрудникам необходимо завести в нем специальный счет, который будет привязан к зарплатному. Кроме того, исходя из размеров программы (потенциально увеличение доли физлиц с 10% до 25%), через банк Потанина только в рамках программы будут проходить сотни миллиардов рублей.
Эмитентом ЦФА станет ООО «Цифровые активы». По данным ЕГРЮЛ, 40% этого ООО принадлежит Росбанку. Торговаться ЦФА будут на принадлежащей «Интерросу» блокчейн-платформе «Атомайз». Владельцы токенов не смогут голосовать этими акциями.
На ЦФА будут начисляться дивиденды. Правда, их размер предсказать невозможно. Через 5 лет после запуска программа будет закрыта, а все ЦФА будут выкуплены у сотрудников.
Возникает два логичных вопроса. Первый: а кто будет фактически распоряжаться (голосовать на собраниях акционеров и т.д.) реальными 15% акций компании? Второй, не менее важный для любого миноритария: а какая может быть мотивация у сотрудников участвовать в такой программе с учетом неясной перспективы выплаты дивидендов в течение следующих лет, и неясной перспективы распоряжаться некими «цифровыми активами», а не реальными акциями, которые несложно купить самостоятельно на бирже?
Выглядит это так, как будто бизнесмен хочет с минимальными затратами (а возможно, вообще без них) через участие в проекте аффилированных с ним структур получить в управление 15% акций, чтобы стать фактически контролирующим акционером в «Норникеле». Но навряд ли такой маневр соответствует интересам всех акционеров «Норникеля», и уж точно его нельзя назвать «восстановлением исторической справедливости».
Фото: bigbankir.ru
