Когда говорят о сибирских озёрах, память сразу рисует байкальскую синеву. Священное море, мировой запас пресной воды, гордость нации – это всё о нём. И это правильно. Но есть в Сибири и другие озёра. Те, что не попали на открытки. Их вода горька, а берега пустынны. Однако эти, казалось бы, безжизненные водоёмы – настоящее спасение для сотен видов, которые балансируют на грани исчезновения. И, как выяснили сибирские учёные, приносят людям не меньше пользы, чем знаменитый Байкал. Просто эту пользу мы не привыкли замечать.
На долю солёных озёр приходится более 45% мирового объёма озёрной воды. И при этом они входят в число наиболее уязвимых экосистем на планете. Почему? Это мы и попытаемся выяснить.
Откуда взялась недооценка
Международная команда исследователей, которую курировал кандидат биологических наук, ведущий научный сотрудник Института биофизики СО РАН Егор Задереев, потратила несколько лет на то, чтобы разобраться: а что мы вообще знаем о солёных озёрах? Результаты исследований ясно указывали – тут много пробелов. В научной литературе их часто называли «малоценными экосистемами» из-за низкого видового разнообразия. И логика была проста: чем солёнее вода, тем меньше в ней живых организмов, значит, и толку от такого озера мало.
Но реальность, как это часто бывает, оказалась сложнее. Исследователи проанализировали данные по 85 солёным озёрам на всех континентах – от высохших австралийских плейсов до наших сибирских степных бочагов. И пришли к неожиданному выводу: общее количество «полезных услуг», которые озеро оказывает природе и человеку, не падает с ростом солёности. Оно просто меняет свой профиль. В одних условиях на первый план выходит добыча соли, в других – кормовая база для птиц, в третьих – климатическая регуляция. Но общий баланс остаётся стабильным.
Егор Задереев. Фото: vk.ru/zadereev
«Мы привыкли судить о ценности водоёма по числу видов рыб или водорослей, – объясняет Задереев. – Но для солёных озёр такой подход не работает. Они ценны не тем, сколько в них живёт, а тем, кого они кормят за своими берегами и какие процессы регулируют на огромных пространствах».
Островки жизни среди мёртвой степи
Взять, к примеру, Торейские озёра на границе Забайкалья и Монголии. Это место – настоящий перекрёсток птичьих маршрутов. Весной и осенью здесь останавливаются сотни тысяч пернатых, летящих из Сибири в Юго-Восточную Азию. Розовые пеликаны, даурские журавли, чёрные аисты – виды, занесённые в Красные книги всех уровней. Для них солёные плёсы Торея – единственная возможность пополнить силы на многотысячекилометровом пути. В иные годы здесь скапливается до 200 тысяч особей одновременно.
Торейские озёра. Фото: sostavitell.livejournal.com
Почему именно солёные озёра притягивают птиц? Всё просто: из-за высокой минерализации в них бурно размножаются рачки артемии и личинки комаров-звонцов. Это высококалорийный корм, настоящий «фастфуд» для уставших мигрантов. В пресных водоёмах такой концентрации пищи нет. Так что солёное озеро в сухой степи работает как придорожное кафе на трассе – только кормит оно не людей, а целые популяции редчайших пернатых.
То же самое – в Хакасии. Ширинская группа солёных озёр, в частности озеро Шира, давно известна своими лечебными грязями. Но мало кто знает, что это ещё и научный полигон мирового уровня. Здесь уже 65 лет работает стационар Института биофизики СО РАН – учёные круглый год мониторят, как меняется зообентос в ответ на колебания солёности и уровня воды. Это позволяет прогнозировать, что случится с экосистемой, если лето будет слишком жарким или, наоборот, дождливым.
Озеро Шира – живой барометр климатических изменений в центре Евразии. Фото: Salexey.
Соль, рачки и битва за воду
Алтайский край – ещё одна «солёная столица» Сибири. Здесь, в Кулундинской степи, раскинулись знаменитые содовые озёра – Кучукское, Бурлинское, Малиновое. Их вода имеет щелочную реакцию, а на дне лежат тонны мирабилита и поваренной соли. Промышленная добыча здесь ведётся с XIX века – соль отправляют по железной дороге в десятки регионов. Одно только озеро Кучукское даёт стране тысячи тонн сырья в год.
Необыкновенный экспресс на Бурлинском озере, участвующий в добыче соли. Фото: travelask.ru
Но не только солью славятся эти воды. В солёных озёрах Алтая живёт артемия – крошечный рачок, чьи яйца (цисты) экспортируются в Китай, Европу и США. Это ценнейший стартовый корм для мальков в рыбных хозяйствах. По оценкам экспертов, алтайские озёра обеспечивают не менее 10% мирового рынка цист артемии. Десятки семей в приозёрных сёлах живут этим промыслом.
Этапы развития артемии из цисты. Источник: habr.com
Но у этой медали есть обратная сторона. Те же самые рачки и соль делают озёра чрезвычайно уязвимыми. Любое вмешательство в водный баланс – будь то забор воды для орошения, строительство плотин или осушение болот в верховьях – моментально меняет солёность. А это значит, что артемия перестаёт размножаться, птицы лишаются корма, а добыча соли становится нерентабельной.
«Солёные озёра реагируют на изменения уровня воды, как очень чувствительные весы, – говорит Егор Задереев. – Достаточно понизить уровень на полметра, и концентрация соли может прыгнуть в полтора-два раза. Это убивает одни виды и создаёт условия для других, но процесс этот необратим в масштабах человеческой жизни. Мы видим последствия не сразу, а через несколько лет – и тогда уже поздно что-то менять».
Невидимая защита от пыльных бурь
Есть ещё одна функция солёных озёр, о которой почти никто не говорит. В засушливых районах – например, в Хакасско-Минусинской котловине или в Кулунде – эти водоёмы работают как естественные увлажнители и ветроломы. Пока озеро существует, оно не даёт сухим солончакам превращаться в источники пыльных бурь. Стоит ему пересохнуть – и ветер начинает выносить тонны токсичной соляной пыли на поля, леса и посёлки. Это уже случилось с Аральским морем, и последствия мы знаем.
Жуткие метаморфозы Аральского моря. Источник: fencing.uz
В Сибири похожий сценарий грозит Малиновому озеру, которое за последние десятилетия заметно обмелело из-за климатических сдвигов и бесконтрольного водозабора.
Учёные подсчитали: если все солёные озёра региона исчезнут, площадь пыльных бурь в Западной Сибири вырастет в разы. А это не только гибель урожаев и болезни лёгких, но и ускоренное таяние ледников – тёмная пыль, оседая на снег, заставляет его быстрее нагреваться.
Что мы теряем и как этого избежать
Тревога исследователей не беспочвенна. По их оценкам, до 30% солёных озёр в России уже находятся в критическом состоянии – их уровень падает, солёность растёт до значений, при которых даже артемия выживает с трудом. Основные угрозы – всё те же: изменение климата (засушливые годы становятся нормой) и сельскохозяйственный забор воды из рек, питающих озёра.
В международном исследовании учёные сформулировали чёткие рекомендации:
- мониторить не только само озеро, но и весь его водосборный бассейн – включая подземные горизонты;
- учитывать естественные колебания: озеро не обязано каждый год быть полным, его нельзя оценивать по одному сезону;
- разработать адаптивные планы управления, которые можно менять в зависимости от погодных условий;
- и главное – перестать считать солёные озёра бесполезными. Их охрана должна войти в государственные программы не менее приоритетно, чем охрана пресных водоёмов.
«Идея этого исследования родилась в случайном разговоре на конференции в Китае, – рассказывает Задереев. – Мы с немецким коллегой Альфредом Бурианом сидели и удивлялись, почему все говорят про охрану Байкала, а про солёные озёра молчат. Начали собирать информацию, и оказалось, что данные разрозненны, никто не смотрел на картину в целом. Шесть лет ушло на то, чтобы объединить усилия 65 учёных из 20 стран. Теперь у нас есть цифры – и они кричат о том, что мы должны действовать».
Озеро Белё в Хакасии. Фото: travelrussia.ru
Сибирь – это не только кедры, маральник и сфагнум. Это ещё и бескрайние солёные зеркала, которые блестят под солнцем в степи и кажутся пустыми. Но пустота эта обманчива. Под её поверхностью кипит жизнь – микроскопическая, но настолько важная, что без неё исчезнут журавли и лебеди, высохнут промыслы, а ветер принесёт соль в наши города.
Пора взглянуть на солёные озёра Сибири как на живые системы, которые дышат, кормят и защищают. И спасти! Ведь потерять их – значит потерять часть самих себя. Наша сибирская природа всегда была мудрее наших оценок. Осталось только эту мудрость постигнуть.
Заглавное изображение: коллаж «Сибирский. Новостной»
