“Сибирский. Новостной” начинает новую серию материалов, которую мы назвали “Отшельники Сибири”. В ней мы расскажем о людях, которые по разным причинам ушли от общества в Тайгу. Прожили в ней долгие годы, а некоторые продолжают жить до сих пор.
История Николая Громова – охранника в колонии, ставшего преступником. 24 года он скрывался в тайге, считая, что убил жену и дочь, пока паводок не привел к нему оперативников
Николай Громов. Фото: скриншот программы «Вести»
Забытый ли?
Вода подступала к порогу, заливая щели и выгоняя его из последнего укрытия. Для Николая Громова это был старый, почти родной сигнал – пора бежать. Спасаться. Исчезать. Так он делал всю жизнь.
Двадцать четыре года старик прятался в сибирской тайге, и, наверное, так бы и закончил свой век, не начнись в Иркутской области почти библейский потоп. Но на этот раз природа стала не союзником, а следователем. Еле живого, его на руках вынесли из затопленного дома. Дряхлого. Больного. Почти забытого. Так закончился его долгий побег...
Затопленный дом. Фото: GigaChat
Вода обнажила правду
Июль 2019 года. Больница в Тулуне, наполненная жертвами недавнего наводнения. Среди них – 73-летний Николай Громов. Социальные работники, оформлявшие помощь пострадавшим, наткнулись на пожилого мужчину без документов. На вопросы он отвечал уклончиво: мол, всю жизнь прожил в тайге, бумаг никогда не имел. Ему вежливо предложили легализоваться. Оформить паспорт и, наконец, начать получать пенсию.
Исчезнувший на четверть века человек-призрак согласился. Он назвал сотрудникам свои настоящие имя, фамилию и год рождения. Вероятно, наивно полагал, что за 24 года все следы его прошлого стерлись, а уголовное дело сгинуло в архивах. Мотив был прост: получить документы и спокойно доживать свой век.
Но расчет оказался фатальной ошибкой. Рано утром, спустя несколько дней, дверь в его палату открылась. Вместо сотрудников соцслужбы вошли оперативники из Таштагольского ОВД. В их руках был не конверт с документами, а уголовное дело, возбужденное еще в далеком 1995-м. Фраза, которую он услышал, не оставляла сомнений: «Поехали, Николаич, по местам боевой славы…».
По словам представителей Следственного комитета, мужчина сразу понял, зачем за ним приехали. Сопротивляться не стал и во всем признался. Его долгая игра в прятки с законом была окончена.
Пуля, которая убила сразу двух мужчин
Громов появился на свет в 1946 году в Калининградской области. Школа, техникум, который он так и не окончил. Отправился на заработки в Сибирь. Судьба забросила в поселок Алтамаш Кемеровской области.
Сначала Громов трудился в лесничестве. Затем – в военизированной пожарной охране. Здесь же встретил свою будущую жену, Любовь Петровну, киномеханика из местной интеллигенции. Они были совершенно разными, но сошлись. В 1970 году родился сын Славик, а через пять лет – Вова. Казалось, жизнь налаживается.
Всё изменилось в 1976 году, когда Громов перевелся в колонию-поселение «Восход» на должность охранника. Именно здесь он познакомился с заключенной Рыбинской, и их «служебные» отношения быстро переросли в нечто большее. Под влиянием женщины охранник пошел на преступление. 16 мая 1980 года он вывез ее за пределы зоны на мотоцикле.
Страстная ночь, проведенная в заброшенной лесной избушке, стала для Громова роковой. Уже на следующее утро оперативники обнаружили беглецов. При попытке задержания Громов оказал сопротивление – угрожал оружием. Тогда розыскная группа дала им шанс вернуться самим. Но охранник и его спутница попытались скрыться.
При повторной операции будущий убийца выхватил ружье у своей зазнобы и смертельно ранил сотрудника колонии. 19 мая 1980 года их задержали. Суд приговорил Громова к 12 годам лишения свободы, а его семья, не выдержав позора, была вынуждена покинуть поселок.
Заброшенная лесная избушка. Фото: GigaChat
Нож в сердце семьи
После досрочного освобождения Громов вернулся к первой жене, Любови Петровне. С ним была маленькая дочь Елена – ребенок от другой женщины. Но семейное счастье не сложилось. Бывший зэк не работал и поднимал руку на супругу. Вскоре Любовь Петровна выгнала его из дома.
Осенью 1995 года, во время очередного визита с просьбой принять непутевого мужа обратно, вспыхнула ссора. Обезумевший рецидивист схватился за нож. В ярости он нанес несколько ударов бывшей жене, а затем – своей шестилетней дочери.
Осознав содеянное, Громов попытался покончить с собой, нанеся ножевое ранение. Всех троих в критическом состоянии доставили в больницу. Пока врачи боролись за их жизни, Громов пошел на хитрость. Через несколько дней он инсценировал собственную смерть и бежал из медучреждения, оставив лишь окровавленную постель.
Этот побег стал началом его 24-летнего затворничества. Одинокий, покинутый собственной совестью он долгие годы будет считать, что оставил за спиной два трупа.
Тайга молчала четверть века
Так начался таежный период жизни Громова, растянувшийся на четверть века. Первые два месяца он отсиживался в заброшенном доме лесника под Шерегешем, а затем двинулся дальше – в знакомые по прошлому сроку места под Тайшетом.
На берегу реки Бирюсы беглец вырыл себе землянку и превратился в настоящего сибирского робинзона. Охота, рыбалка, сбор дикоросов стали его единственным источником пропитания. Изредка он рисковал выходить к людям, чтобы обменять добычу на самое необходимое.
Удивительно, но в 1997 году отшельник даже сумел оформить новый паспорт в тайшетском отделении УФМС, указав свои настоящие данные. Механизмы розыска дали сбой – он не попал в поле зрения правоохранителей.
Громов полностью оборвал все связи с прошлым. Никто из родных не знал, жив ли он. В таежной глуши, среди вековых кедров и свистящих ветров, он выстроил свой особый мир. Мир молчания, одиночества и вечного бега от самого себя...
Землянка. Фото: GigaChat
Пчелы, новая дочь и ампутированная нога
В 2014 году тайга отпустила своего пленника. Состарившийся Громов с больной ногой больше не мог переносить суровую жизнь отшельника. Он вышел к людям, пополнив армию бирюсинских бомжей.
Судьба смилостивилась над стариком: местный предприниматель взял его сторожем. В обмен на кров и еду Громов на окраине Бирюсинска присматривал за домом и ульями. Даже сумел завести еще одного ребенка в 68 лет. Местная женщина родила ему дочь.
Но в июне 2019 года судьба нанесла решающий удар. Запущенная болезнь ноги переросла в гангрену. Врачи тайшетской больницы провели ампутацию. Прикованный к инвалидной коляске, он окончательно потерял главное свое умение – способность убегать.
Пасека. Фото: GigaChat
Большая вода пришла за долгом
В конце июня 2019 года, через пару недель после операции, стихия настигла Громова в его последнем убежище. Паводок, затопивший Иркутскую область, добрался и до него.
Старика эвакуировали в районную больницу вместе с другими пострадавшими от наводнения. Именно здесь, в стерильной больничной тишине, Громов принял роковое решение – восстановить документы. Возможно, сыграли роль возрастная беспечность или усталость от вечного бега. Социальные работники помогли ему заполнить бумаги, где он указал свои настоящие данные.
«Отец есть отец, хоть и скотина»
Через несколько дней в больничную палату вошли оперативники: «Поехали, Николаич, по местам боевой славы…».
На первом же допросе его ждало ошеломляющее открытие – Любовь Петровна и дочь выжили в той резне 1995 года. Правда, встреча с ними была уже невозможна: бывшая жена трагически погибла в начале 2019 года, утонув в собственной ванне. Дочь Елена, проживающая в Новокузнецке, наотрез отказалась от встреч, заявив следователям: «Пусть живет своей жизнью».
Единственным, кто согласился увидеться с Громовым, стал сын Владислав. Их встреча у здания суда была краткой и холодной. «Отец есть отец, хоть и скотина. Передачку передам – и все на этом», – бросил сварщик, разворачиваясь к выходу. Эти слова поставили точку в вопросе о примирении. Прощать Громова было некому.
Суд состоялся. Приговор - пустота
Суд длился недолго. Уголовное дело прекратили. Истек срок давности. Формально Николай Громов был свободен. Но когда конвой расстегнул наручники, 73-летний мужчина не радовался. Ведь что такое свобода для человека, который провел в бегах четверть века?
Он понимал, что выходит в пустоту. Дом затоплен, жена мертва, дети отреклись. Тайга, долгие годы служившая ему убежищем, больше не принимала его.
Главный приговор прозвучал не в суде. Его вынесла сама жизнь: нельзя убежать от себя. Двадцать четыре года он скрывался от несуществующих призраков, а оказалось, что единственным призраком был он сам.
Фото: GigaChat
