Капризы погоды для Большого Норильска – это совсем не повод отменять праздник. Этнофестиваль «Большой Аргиш», который вернулся на улицы города после трехлетнего перерыва, это подтвердил. Чумы, олени, собачьи упряжки, национальные костюмы и очереди – и всё это под шквалистый ветер в лицо и снег, который бодрил, прилипал и укутывал с ног до головы.
О том, как это было. Чем ломали смыслы и разрывали шаблоны. Как согревались и отогревались — и что такое Аргиш для Норильска, Таймыра и Арктики, в репортаже «Сибирского.Новостного».
А караван идет на Север…
Норильск. Гвардейская площадь. Многолюдно, свежо и снежно. «Большой Аргиш» захватывает пространство. Но что это, зачем и почему? Аргиш – это традиционный обоз из оленьих упряжек, которые используют коренные народы Севера при перекочевках. По сути, это живой караван тундры. Это жизненный путь. Вечное движение. А теперь голос тех, кто родился с этим знанием, с этой культурой, с этим преодолением – представительница одного из пяти таймырских этносов.
«Аргиш – это что-то новое, это путешествие, это освоение пространства, места и смыслов. Это, если серьёзно, — (улыбается). А на деле все просто: олени ищут себе пропитание, если еды стало меньше и это замечает оленевод, стойбище снимается, собирается и перекочевывает на новое место. Но не все так просто, как можно подумать. Обряды, традиции, например, очищение огнем, чтобы все прошло гладко, чтобы оленьи упряжки не подвели в пути, чтобы сани [нарты] не сломались, чтобы погода благоволила. Словом для нас – даже для молодых – Аргиш – это память. Это традиции. Это голос предков и единение всех этносов Таймыра», — рассказала «Сибирскому.Новостному» молодая ненка Ольга.
Преодоление было – метель и ветер, который дул со всех сторон, по кругу — и иногда чуть ли не сбивал с ног. Олени? Нарты? Были и они. Суровые северные «парни» с роскошными рогами мужественно отстояли в импровизированном загоне рядом с нартами около 7 часов, а до того добирались из Дудинки по заснеженной трассе, но с «комфортом» — не на своих четырех, а на грузовом автомобиле. Позировали молча, без эмоций, но с какой-то неподдельной гордостью, дескать, мы тут совсем не для развлечений, мы одна из главных частей этого действа. Общаюсь с волонтерами, обращаем внимание на трио в одной упряжке. «Сюжет картины «Богатыри» Виктора Васнецова», — шучу я. «Точно подмечено, интересно, а кто из них Алеша Попович?», — отвечает моя собеседница. Присмотрелись и выбрали и Алешу и Добрыню и Илью.
«Богатыри» на северный лад. А кто из них Алеша, кто Добрыня и Илья?
Олени стали украшением, а вот собаки в этот день потрудились и с лихвой. Катали в упряжке с не меньшим мужеством и стойкостью и стали, наверное, главными героями этого празднества, если не считать артистов, но об этом чуть позже. Еще одним транспортом на «Большом Аргише» стали снегоход и сани – куда ж без современных средств передвижения. Время и технологии не стоят на месте. С ветерком — а его в этот день было предостаточно, со снегом в лицо и за воротник, но с улыбкой и горящими глазами.
Собаки «поработали», снегоход — постарался. Главное — с ветерком и снегом в лицо
Покатались, посмотрели, идем ловить оленя. Он хоть и деревянный, но все серьезно – аркан, инструктор, заброс…и мимо. Не повезло, пробуем себя в рыбной ловле прямо в центре Норильска. Удочка. Крючок и рыбка…опять макет, но попробуй, поймай. Если опять не судьба, то вот нарты, можно попрыгать через них. Вот они северные «развлечения», суровые, но с изюминкой, как и сам край.
Развлечений на этнофестивале хватало с лихвой
Этника за чашкой чая
Пожалуй, главным украшением и притяжением с громадными очередями «Большого Аргиша» стали пять чумов и один балок (передвижной домик на полозьях). Длиннющие очереди, чтобы побывать, погреться у печки, вкусить горячего чая и сладкие угощения и послушать рассказы об обычаях и традициях пяти этносов Таймыра – долган, нганасан, ненцев, эвенков и энцев. Побывал везде. Уютно, тепло и как-то по-домашнему.
Рассмотрел календарь эвенков. Узнал, что у нганасан установкой чума занимались только женщины, а на парках обязательно присутствует черный квадрат – как объяснили, это «вход бытия» и защита от злых духов. Сразу вспомнился Казимир Малевич и его творение. Честно, задумался о совсем ином восприятии этой картины. Вот еще: парка – традиционный костюм северных этносов и народов, был своеобразным паспортом человека – кто ты, откуда, какой род, женат или замужем, чем богат или какое у тебя приданое.
Пять этносов — разные быт и культура, но одна философия
Энцы изготавливали шесты для чума только из молодой лиственницы, и они были священными. Передавались из поколения в поколение и хранились века. Почему, я и гости этого чума узнали, и оно того стоило. Вообще слушали с замиранием и вникали все пришедшие, а кто-то после таких рассказов засобирался на экскурсию всей семьей с детьми в тундру, в стойбище, — не в музей, а воочию и на себе.
К слову, автор в одной из этих локаций обрел новое имя. Смотрим фото, теперь я – Единственный. Для себя, для кого-то или для чего-то. Забавно, но завораживает.
«Без преувеличения для каждого жителя Таймырского полуострова Аргиш — это знаковое событие. Особенно для коренных малочисленных народов. Ведь это большая подготовка к нашей долгой зиме. Мы готовимся к полярной ночи. А еще этим фестивалем мы просто чтим многовековую историю этносов и народов Таймыра, сохраняем их культуры, быт и традиции. Укрепляем дружбу народов, а главное – показываем всю красоту и самобытность нашей северной земли», — считает руководитель направления по работе с коренными малочисленными народами Севера ПАО «ГМК «Норильский Никель» Анфиса Никифорова.
Даже автор на этом празднике получил новое имя
Самобытность была, а красота у каждого своя, и в этот день я ее даже в погоде увидел.
Падали, но поднимались
Со сцены, которую то и дело заметало и сдувало ветром, звучали песни на традиционных языках, на русском. Шли танцы – с изюминкой и северным характером, с тем самым преодолением. В какой-то момент паркет заледенел так, что танцоры начали падать. Резво на ноги – поднялись и дальше — в танец. И всё это с улыбкой. Парни мужественно и честно ловили партнёрш, но продолжали.
Падали, поднимались с улыбкой — и снова в танец. И в Аргиш
В какой-то момент ведущий понял, что замерзли и зрители, и чтобы согреться все присутствующие встали в один большой хоровод, но не простой, а обрядовый – с левой ноги и по кругу и…раз, два, три и общий возглас: «Хэйро!». Что в переводе обозначает «восходящее солнце». Сейчас мы его провожаем. В конце ноября на 45 дней Таймыр накроет полярная ночь, но все ждут возвращения солнечных лучей.
«Я родилась в Норильске, какое-то время жила здесь, но потом уехала в Москву и 16 лет прожила там. Сейчас вернулась в родной город. Почти сразу попала на этот праздник и, честно, я такого нигде не видела – это только наше: норильское, таймырское, это наша история и традиция. Для меня – это зимняя сказка. За неделю до праздника снега практически не было, его на площадь грузовиками специально свозили. И вот накануне в Норильск, на Таймыр пришла настоящая и наша зима. Это ли не чудо?», — спрашивает вернувшаяся норильчанка Ольга Дудина.
«До свидания солнце, ждем возвращения…»
Чудо и сказка, тут я согласен, а общий хоровод с «Хэйро» — то самое единение без национальностей, этносов и предрассудков. Это и есть главное.