Семь лет назад, с 1 января 2019 года, в России начали поэтапно внедрять новую систему обращения с твёрдыми коммунальными отходами. Предполагалось, что частные операторы построят заводы по сортировке и переработке, а государство поможет льготными кредитами. Однако к началу 2026 года в Сибири реформа так и не заработала. И вроде бы что-то делается, но… Факт остаётся фактом! Города и сёла утопают в отходах.
По данным на 2024 год, в СФО утилизировалось только 2% отходов – это предпоследнее место среди федеральных округов. А во многих сибирских регионах переработка мусора по-прежнему отсутствует как таковая. Разбираемся, почему система дала сбой, и вспоминаем, как в СССР справлялись с отходами без лишней бюрократии.
Валентина Матвиенко: «Предполагалось, что по всей стране будет выстроена четкая система по сбору, сортировке, переработке, утилизации отходов. Однако на деле все забуксовало». Фото: пресс-служба Совета Федерации
В чём главные законодательные дыры?
Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко в конце 2024 года назвала реформу «деградацией и регрессом» и прямо заявила: региональные операторы, получающие огромные деньги, никому не подотчётны. По её словам, 280 миллиардов рублей, собранные с населения за вывоз мусора, ушли в пустоту – и никто не может ответить, куда они потрачены.
Вторая дыра – территориальные схемы. По идее, они должны быть основой всей системы. Но когда РЭО проверил их в 2025 году, выяснилось, что только три из 39 соответствуют нормам. В остальных – ошибки, расхождения между текстовой и электронной версиями, нереалистичные целевые показатели. Более того, в 30 регионах, включая Алтайский и Красноярский края, Тыву и Хакасию, электронные схемы до сих пор не утверждены. Зачем нужна реформа, если даже бумажная работа провалена?
Третья дыра – старые свалки. Их должны были закрыть ещё в 2023 году. Но в ноябре 2025 года Госдума приняла закон, позволяющий продлить их работу до 2028 года. Депутат КПРФ Ренат Сулейманов назвал это прямым признанием провала реформы. Вместо строительства новых объектов – продление жизни старым полигонам.
Барнаульский полигон ТБО. Фото: «МК Барнаул»
Реформа задумывалась как частная, но бизнес не пошёл
Идея была простая: отдать сбор и вывоз мусора частным компаниям, они построят заводы, создадут инфраструктуру, а государство поможет льготными кредитами. На деле предприниматели посмотрели на условия и решили, что игра не стоит свеч.
В 2025 году Алтайском крае конкурсы по выбору регионального оператора в Рубцовской и Каменской зонах не состоялись из-за отсутствия заявок. Бизнес не захотел брать на себя эти территории – даже на временной основе. Тогда губернатор Виктор Томенко поручил создать специализированную краевую организацию.
В Новосибирской области регионального оператора «Спецавтохозяйство» передали в государственную собственность – это решение одобрил бюджетный комитет Заксобрания в октябре 2025 года.
В Республике Алтай частник «Кызыл-Озек-Сервис» утратил статус регоператора с 10 марта 2025 года, вместо него зашёл государственный «Единый оператор». Андрей Турчак заявил, что частная компания не справилась из-за нехватки техники и кадров, а госоператор будет работать с 50-процентным участием РЭО.
Бизнес не хочет работать в отрасли, где тарифы занижены, а рентабельность нулевая. Частник уходит – государство заходит. Получается, что реформа, которая должна была привлечь частные инвестиции, превратилась в дополнительную нагрузку на бюджет. А у населения возникает резонный вопрос: зачем тогда всё это затевалось?
После горнолыжного сезона из Шерегеша вывезли КамАЗ мусора. Фото: пресс-служба Администрации Кемеровской области
Платим больше – возят хуже
Тарифы на вывоз мусора в Сибири растут. В Кемеровской области с 1 июля 2025 года они поднялись на 11-12%, а с 1 января 2026 года подорожание продолжилось. В Новосибирской области с начала 2026 года плата за услугу выросла до 470,3 рубля за кубометр – более чем на 8% по сравнению с 2025 годом.
При этом сибиряки платят исправно. По данным Российского экологического оператора, в 2025 году собираемость платежей за вывоз ТКО в Сибирском федеральном округе составила 96,1% – это один из самых высоких показателей в стране.
Но качество услуги при этом продолжает падать – и иногда доходит до абсурда. В Канске в день празднования 390-летия города центральные улицы оказались завалены мусором – свалки встречались каждые 50-100 метров.
В Норильске мусор не вывозили неделями, несмотря на представления прокуратуры, и жители добились перерасчёта только после обращения к президенту. В Кемерове губернатор Илья Середюк признал, что «проблема так до конца и не решена», но менять регионального оператора, который работает в убыток, не будет. В Красноярском крае чиновники признали, что схема «неэффективна, делалась на коленке», а за первый месяц реформы поступило 3,5 тысячи жалоб на переполненные баки.
В апреле 2022 года в Новосибирске около сотни водителей и операторов компании «ЭкоТранс-Н» отказались выходить на линию, что привело к мусорному коллапсу в городе. Причинами забастовки стали: нарушение трудовых договоров, нехватка техники, замена качественных мусоровозов на технику меньшей вместимости и низкая оплата труда, которую при этом могли и не выплатить. Фото: пресс-служба прокуратуры Новосибирской области
Дефицит инфраструктуры по всей стране
Мусор в Сибири не только не перерабатывают – его просто некуда девать.
В Алтайском крае в 2025 году заключили концессионное соглашение на строительство пяти комплексов переработки отходов – КПО «Алейский», «Бийский», «Павловский», «Заринский» и «Славгородский». Их должен построить «АлтайЭкопарк». К апрелю 2026 года компания отчиталась об инженерных изысканиях и архитектурных решениях, документы отправили на госэкспертизу. Положительное решение ждут в сентябре 2026 года. Но стройка даже не начиналась – до завершения всех пяти комплексов ещё годы. А пока в регионе нет мощностей по переработке, и экологи бьют тревогу: через 5-10 лет край может столкнуться с экологической катастрофой.
В Новосибирской области к лету 2026 года сроки подписания концессий на строительство КПО «Левобережный» и «Правобережный» снова перенесли – на август 2026 года. Стоимость двух объектов за три года выросла более чем в четыре раза: в 2023 году смета составляла 6,7 млрд рублей, к началу 2025-го выросла до 7 млрд за каждый полигон, а весной 2026 года достигла 14,2 млрд за «Правобережный» и 14 млрд за «Левобережный». Суммарные инвестиции превысят 28 миллиардов рублей.
Проект безуспешно пытаются реализовать уже трижды: первую концессию в 2016 году заключили с компанией «Экология-Новосибирск», вторую – с МУП «Спецавтохозяйство», ни одна не привела к результату. Теперь концессионерами станут компании, полностью подконтрольные региону. Депутаты уже предупредили: успех проектов зависит от менеджмента, а он пока «создан лишь номинально». Вместо заводов – горы бумажных отчётов и очередные переносы сроков.
В СССР люди активно сдавали мусор на переработку. Фото: travelask.ru
Как справлялись с отходами в СССР
В Советском Союзе не было «мусорной реформы» – потому что она была не нужна. Система работала иначе. Отходы не считались проблемой: их собирали, сортировали и возвращали в оборот. Причём делали это не «сверху», а через понятные и работающие стимулы для каждого.
Главное отличие – в инфраструктуре. К 1980-м годам в системе Госснаба СССР функционировало более 500 предприятий по переработке вторичного сырья и свыше 5,5 тысячи приёмных пунктов от населения. Бумажная макулатура составляла 24% в производстве бумаги и картона уже к 1975 году. Использование макулатуры в 1970-е годы позволило сэкономить 37,4 млн кубометров древесины, а экономический эффект от утилизации стального лома в 1980 году достиг 4 млрд рублей. В 1987 году в оборот вовлекалось более 70% вторичных материалов.
Были и стимулы для простого народа! За макулатуру выдавали талоны на дефицитные книги, которых в магазинах не купить: 20 килограммов старой бумаги – и ты обладатель томика Дюма или Конан Дойля. Стеклотару принимали за деньги: молочная бутылка стоила 15 копеек, пивная – 12, винная – 17. За две пустых можно было купить одну полную. Школьники соревновались, кто больше соберёт металлолома – победителей поощряли поездками в лагеря и билетами в кино.
Система работала, пока существовал дефицит. Как только он исчез – исчезли и стимулы. В 1990-е годы Госснаб ликвидировали, приёмные пункты закрылись один за другим. Пластиковые пакеты и импортная упаковка хлынули на рынок, а переработка перестала быть экономически выгодной. Сегодня в России в оборот возвращается около 4% твёрдых коммунальных отходов. А в Сибири и того меньше...
Что получилось, а что – нет
Цели мусорной реформы были амбициозными: перейти к цивилизованной системе обращения с отходами, построить заводы по сортировке и переработке, наладить раздельный сбор и ликвидировать стихийные свалки.
Итак, за 7 лет существования реформы появились новые контейнерные площадки. Например, в Иркутской области с 2019 по 2025 год создано 10,2 тысячи контейнерных площадок и закуплено 28,1 тысячи контейнеров. В 2026–2027 годах запланировано обустроить ещё 1,4 тысячи площадок и закупить более 3,2 тысячи контейнеров.
А вот мусороперерабатывающие заводы или в планах или в процессе строительства. Единственный завод, запущенный во время действия реформы в Томской области. В сентябре 2025 года запустили КПО «Сибирь» мощностью 250 тысяч тонн в год.
Нет и полноценно работающего раздельного сбора отходов. В Новосибирске, например, установлено 3125 контейнеров для вторсырья, ежемесячно перерабатывается до 500 тонн раздельно собранных отходов. Звучит солидно. Но это – менее одного процента от 49,7 тысячи тонн мусора, который город производит за месяц.
Не ликвидированы и стихийные свалки. Так, в Алтайском крае ежегодно выявляется не менее 150 несанкционированных «полигонов» - отходы отравляют почву и воду, а судебные решения об их ликвидации годами игнорируются.
Времена изменились. Теперь мы живём в эпоху потребления, когда пластик, упаковка и одноразовые вещи заполонили всё вокруг. Да и люди уже не те – советские стимулы сегодня вряд ли сработают. Но дело не в этом. Зачастую складывается ощущение, что современная система создана для сбора тарифов, а не для решения проблемы. Поэтому, пока деньги зарабатывают на посредничестве, а не на переработке, мусорный коллапс будет только усугубляться.
Главное фото: РБК Новосибирск
