В ближайшее время подготовленные мастер-планы опорных городов красноярской Арктики должны быть представлены на рассмотрение президенту России Владимиру Путину. При этом агломерация Норильска и Дудинки должна стать столицей всей Восточной Арктики, посёлок Диксон вырастет в три раза, и станет центром туризма и обслуживания Севморпути, а Игарка – местом сосредоточения инвестпроектов. И даже Хатанга, хоть и не включена в федеральный перечень опорных пунктов, но не забыта, и получит свою долю внимания. Интересно, что разработка мастер-планов была поручена в феврале этого года не красноярским, а столичным организациям. Почему так произошло, кто и сколько денег выделит на опору Крайнего Севера, и что интересного планируют построить в красноярском Заполярье – об этом «Сибирский.Новостной» поговорил с Антоном Нарчугановым, руководителем Агентства по развитию северных территорий и поддержке коренных малочисленных народов Красноярского края.
Вслед за мастер-планами будут разработаны комплексные планы развития
– Антон Николаевич, почему же мастер-планы опорных городов Красноярской Арктики разрабатывают не красноярские или, к примеру, не норильские ученые? У этого города ведь уже есть недавно принятый план развития. Почему формирование таких важных для края документов отдано в руки москвичей и питерцев?
– Мастер-план – достаточно сложный документ, на федеральном уровне в Министерстве по развитию Дальнего Востока и Арктики (Минвостокразвития России, МВР) установлены определенные требования к его разработке. И у них есть подведомственный научный институт «Востокгосплан» (Федеральное автономное научное учреждение «Восточный центр государственного планирования»). То есть федеральное ведомство и его подведомственные научные учреждения сформулировали набор требований к мастер-плану, которые уже разрабатывались и для Арктики, и по Дальнему Востоку. Соответственно накопилось некоторое количество организаций, обладающих необходимым опытом создания мастер-планов. Нужно учесть, что у нас очень ограниченные сроки для разработки документов: меньше полугода, а в случае Дальнего Востока такие документы разрабатывались в течение полутора лет по каждому из городов. Поэтому без привлечения компетентной организации, у которой есть опыт разработки именно таких мастер-планов, соответствующих всем требованиям – это была бы практически невыполнимая задача.
Схема из тг-канала "Наш Таймыр"
Но это не значит, что мы не опирались на потенциал наших организаций, наших учёных и разработчиков. Мы, во-первых, вовлекали их в эту работу в форматах стратегических сессий и рабочих групп. А самое главное – привлекали местные организации и проектировочные организации в качестве субподрядчиков. То есть и красноярцы здесь работают, и иркутяне, у которых тоже есть навыки и наработки. В таком большом труде успели поучаствовать все. Но привлечение в качестве головных разработчиков организаций с соответствующим опытом –то единственный возможный вариант исполнения в срок президентского поручения.
– Я изучал программу развития Норильск-2035, созданную на четырёхсторонней основе – федерация, край, город и градообразующая компания, её тоже довольно долго разрабатывали. У меня сложилось впечатление, при всей тщательности проработки программы, что ей нужно больше системности, местами она напоминает простые «хотелки»: «Вот мы хотим так, а как получится – посмотрим». В новых мастер-планах будут всё-таки расписаны количественные показатели: столько-то многоэтажных домов, столько домов прочих?
– У нас установлен законодательно перечень документов стратегического планирования: стратегия, например, или план мероприятий. А вот мастер-план к таковым не относится. Поэтому зачастую называют мастер-планом не совсем то, что полностью соответствует всем имеющимся нормативам, требованиям и так далее. Собственно, поэтому появились такие ведомственные требования к мастер-планированию – чтобы документ был рабочий. И вот тот мастер-план, который у нас сейчас формируется, кардинальным образом отличается от всех ранее разработанных документов: в нём, во-первых, четко учитывается не только какие-то территориальные особенности, визуализация – когда мы берём карту местности, план города и наносим на него объекты в перспективе в нашем случае до 2035-го года. Помимо этого, наши мастер-планы увязывают перспективы реализации инвестиционных проектов, аспекты территориального развития, потому что одно без другого не работает. Если мы возьмем только одну часть, то это как раз получатся те «хотелки», о которых вы говорили: не привязанные к планам недропользователей, или, например, к тому, что мы сейчас очень внимательно просчитываем рост численности работающего населения, рост численности вахтового населения.
Идёт обсуждение мастер-планов. Фото Правительства Красноярского края
Это всё должно быть взаимосвязано со средой, с объёмами и возможностями сервисов, то есть здравоохранение, образование и так далее. Именно поэтому эти документы, мастер-планы формируются для опорных городов Российской Арктики. Госкомиссия профильная формировала набор критериев, что значит «опорный город» для Российской Арктики, прежде всего с точки зрения обеспечения инвестиционных проектов, развития экономики. И мастер-планы содержат большой раздел с конкретными мероприятиями – там и социальная среда, и жильё, и инфраструктура, связанность. Но и всевозможные яркие проекты, которые в первую очередь направлены на то, чтобы сформировать комфортную среду проживания на Севере – это непростая задача, но именно так её ставит президент. Мы должны не просто подумать о том, чтобы построить жильё, а о том, чтобы людям в нём было удобно жить, чтобы им там нравилось жить. Чтобы человек мог пойти учиться и качество образования соответствовало его ожиданиям. чтобы он мог не уезжать на большое расстояние, чтобы получить качественную медицинскую услугу, и так далее.
Поэтому мастер-планы агломерации Норильск-Дудинка, Игарки, Диксона – совершенно реальные. Более того, на их основе по поручению Президента будут сформированы к октябрю долгосрочные Комплексные планы социально-экономического развития, с утверждением их федеральным правительством. И там как раз уже будут конкретные мероприятия и сроки реализации, конкретные объёмы финансирования в разбивке: федеральный бюджет, региональный бюджет, внебюджетные источники, и ответственность за его реализацию. То есть это будет не декларативный документ – а нормативный акт, обязательный к исполнению.
И, собственно, сейчас эта работа уже ведётся, вместе с мастер-планами разрабатывается и Комплексные планы. Кстати говоря, во многом наши федеральные коллеги ориентировались на опыт нашего Норильска, у которого уже есть утверждённый Комплексный план до 2035 года. Мы опыт Норильска транслируем на все опорные города Арктической зоны, потому что он показал – да, в таком формате можно работать, это эффективно. И вклад в этот план внебюджетного финансирования больше, чем из бюджета [примерно 120 на 80 млрд рублей – прим. ред.]. И скорое появление подобных мастер-планов для опорных городов на федеральном уровне, соответствующие распоряжения правительства – позволяют не переживать за реализацию, там тоже будут пункты про внебюджетное финансирование.
Программа развития Норильска до 2035 года на 60% финансируется из внебюджетных фондов - градообразующим предприятием - Норникелем. Фото Сергей Митрухин, Сибирский.Новостной
Улучшится ли транспорт для северян
– О транспортной доступности и связности. Компания «Северная Звезда» на Сырадасайском угольном месторождении строит порт и аэропорт, «Роснефть» тоже строит свои порты и готова вложиться в аэропорт Диксона. Наверняка она же будет заниматься и Хатангой, не вошедшей почему-то в федеральный список опорных городов, учитывая перспективы нефтедобычи на Восточном Таймыре. А что с обновлением существующей инфраструктуры, например, Дудинского аэропорта, в том числе как запасного для норильского Алыкеля? Или реконструкции Норильской железной дороги, строительства «железки» на Большую Землю, до Уренгоя?
– В чем принципиальная разница между Норильским промышленным районом и остальными северными населёнными пунктами, в том числе опорными – НПР изначально планировался как город-комбинат, и в этом смысле база, которая там наработана, развивается и сейчас: и промышленные мощности, и аэропорт хорошими темпами, и принадлежащий Норникелю морской порт Дудинка, в том числе в рамках нашего мастер-клана достаточно существенные инвестиции планируются. Они вполне сопоставимы с тем, что делают другие недропользователи чуть севернее, вплоть до Диксона. Причём у Роснефти и Сырадасая другая ситуация – там нет города, у них «чистое поле». Естественно, им приходится строить новую инфраструктуру, но узкой специализации: нефтеналивной терминалтолько для нефти, угольный терминал только под погрузку угля, без них никуда. «Северная Звезда» поучаствовала в развитии существующего аэропорта в Диксоне, сейчас мы с ней, как и с Роснефтью, ведём диалог по поводу дальнейшего развития аэропорта, который находится у нас в федеральной собственности, в ФКП «Аэропорты Красноярья», и именно через него сейчас идёт вся вахта туда, пассажиропоток вырос в десятки раз.
Новое здание аэропорта Диксон. Фото ФКП Аэропорты Красноярья
Нужно учесть и, например, количество социальных объектов, построенных в Норильске, причём не только по Комплексному плану развития, но и в рамках, что называется, инициативных мероприятий – например, спортивные сооружения, то, чем жители пользуются каждый день. У нас даже аквапарк есть в Норильске – в Красноярске нет, а там есть.
Важнейший вопрос – и транспортная связность агломерации Норильска и Дудинки. Агломерация подразумевает, что люди могут жить в одном месте, а работать в другом, возникает «маятниковая» миграция. Поэтому мастер-планом предусмотрен ремонт автомобильной дороги между ними. Понятно, что строить асфальтовую дорогу на болотистой местности непросто, но без неё никуда. Что касается железной дороги, спроса на электричку, которая раньше ходила – он, к сожалению, настолько маленький, что никогда экономически оправданной она не будет. Это тоже мы рассматривали, когда прорабатывали разные варианты транспортной связности в мастер-плане.
В Норильске электрички не будет - только тепловозное грузовое движение. Фото Сергей Митрухин, Сибирский.Новостной
Самый экономически целесообразный и удобный для жителей вариант – это сделать автомобильную дорогу. Потому что сейчас мы едем час двадцать до Дудинки, а хорошая ровная дорога существенно сократит это время. И это станет удобным.
– В хорошую погоду...
– Про погоду это отдельная история, опыт есть – на участке, который чаще всего переметает, предусмотрена установка снегозадержателей, они показывали себя ещё в советское время. И есть такое заблуждение, что железную дорогу с электричкой не переметало – переметает и её. Если метёт, то закрываются обе дороги. Поэтому железная дорога была, есть и будет предназначена, в первую очередь, для перевозки грузов.
– А как быть с перевозкой грузов для малого бизнеса? Крупные компании могут зафрахтовать целый теплоход. А если надо привезти с Большой Земли диван в квартиру, или полтонны обоев для магазина? Да и сто тысяч рублей за перевозку контейнера по реке не каждый мелкий бизнесмен выложит.
– О водном транспорте: у нас будут возить пассажиров новые пассажирские суда, они недавно сошли со стапелей. Есть перспективы и в транспортных судах, но в первую очередь речь о пассажирских перевозках, это важная функция для государства – обеспечить именно возможности пассажира, и какого-то небольшого объёма груза, который он с собой везёт, багажа. Когда мы говорим о контейнерной перевозке, то там появляются уже запросы со стороны предпринимателей, бизнеса, и здесь роль государства должна быть поменьше. Приоритет – социальные задачи, а потом уже поддержка экономики со стороны государства, в бизнесе есть конкуренция, играют другие факторы. В любом случае, это Крайний Север, большое транспортное плечо, не получится никак сделать дёшево, это особенность нашего края. Почему сейчас перевозки очень дорогие: нет гарантированных объёмов. То есть стоимость проводки судна одинакова, идёт оно с полной загрузкой или на четверть. Но недавно принят федеральный закон о Северном завозе, там формируется конструкция с точки зрения возможной приоритизации грузов для социальных нужд населения, и с точки зрения удешевления перевозок по СМП. Там планируется субсидия единому морскому оператору как раз на перевозку грузов первой важности.
В порт Дудинка пришло первое после ледохода на Енисее судно. Фото "Новости ЗТФ", Заполярный транспортный филиал Норникеля
Норильску – многоэтажки, посёлкам – невысокие дома, в том числе из дерева
– По поводу строительства жилья – Норникель уже с этим столкнулся, я понимаю, что он первопроходец, но общежития из сэндвич-панелей пригодны лишь для вахтовиков, капитальных жилых домов пока только шесть штук строят. Вы говорите про планы до 2035 года, но вдруг за 10 лет мы поймём, что надо добывать алмазы и редкоземельные металлы в Попигае и на Томторе – и что, в той же Хатанге снова будем общаги из сэндвич-панелей строить? Или дома капитальные, сейчас совершенно не выгодные? Как говорил академик Крюков в интервью «Сибирскому.Новостному»: «Наша экономика должна работать на перспективу!»
– Здесь тоже принципиально разная ситуация по большому Норильску, и по малым городам. В случае с нашими опорниками, это Диксон, Игарка и Хатанга – как опорный населённый пункт регионального значения. То есть по нашей региональной стратегии Хатанга является опорным пунктом в силу того, что перспективы реализации инвестпроектов с алмазами и редкозёмами там пока, что называется, «в горизонте», не «здесь и сейчас», как в Диксоне и Игарке. И мы с федеральными коллегами обсуждали, что обязательно будем работать над включением Хатанги в федеральный перечень опорных населенных пунктов, но с привязкой к реализации там инвестиционных проектов.
Если мы говорим про жильё в агломерации Норильск-Дудинка, почти 200 тысяч жителей – там только многоэтажная компактная застройка, в том числе из-за недостатка подходящих для строительства земельных участков со скальным основанием. Такие дома как раз строятся в рамках комплексного плана, и выглядят так же красиво, как в Красноярске. Норильск и комбинат никогда не смогут перейти полностью в вахтовый режим работы из-за масштабов добычи и производства.
Детская площадка в парке Комсомольский в Норильске, на заднем плане дома после реновации. Фото Сергей Митрухин, Сибирский.Новостной
В малых населенных пунктах, в том числе Хатанге – как раз недавно с федеральным министерством Дальнего Востока и Арктики обсуждали – в рамках мастер-планов мы предусматриваем там малоэтажное строительство. В том числе из дерева, оно по некоторым параметрам чуть дороже других материалов, но гораздо лучше показывает себя «на длинной дистанции», и в обслуживании проще. Ведь у каркасного, «пластикового» дома срок службы очень мал, они сложны в эксплуатации, и с точки зрения комфорта не подходят для постоянного проживания. Семья туда с ребёнком не поедет. Учитывая, что нам фактически Диксон и Игарку надо отстраивать заново, то, как вариант прорабатываем задействование существующих фундаментов многоэтажных домов.
Эти фундаменты достаточно прочные, и если на них ставить не бетонную многоэтажку, а более легкий деревянный дом, то они вполне подойдут. Ну и определяем оптимальные технологии быстровозводимого, модульного, но при этом отвечающего всем требованиям и стандартам, экологичного, возможно деревянного домостроения, с длительным сроком эксплуатации, для постоянно проживающего населения.
В такие дома семьи жить не поедут, и новые детские площадки не помогут. Фото Сергей Митрухин, Сибирский.Новостной
У нас даже в Диксоне сейчас 300 человек живут и работают постоянно, и не все из них хотят оттуда уезжать. Если мы обеспечим для них комфортную среду с точки зрения жилья, если построим несколько социальных объектов ключевых: здравоохранение, образование, некие точки приложения досуга, то, собственно говоря, у нас в планах по Диксону рост численности населения практически в три раза, до девятисот человек, с учётом развития Северного морского пути и расположения там обслуживающих объектов СМП.
И такие же подходы будем в Хатанге использовать – быстровозводимая, но при этом качественная и на долгий срок инфраструктура. Хатанга для края опорный и стратегически важный посёлок, покрывающий весь восток Таймыра. И речи не может идти, чтобы там сокращать численность населения, переводить его в вахтовый режим, ни в коем случае! Это противоречит тому каркасу расселения, который у нас сейчас есть, противоречит задачам обеспечения стратегической безопасности в Арктике. Если мы оттуда уйдем, туда придут другие.
Я люблю Хатангу. Фото РГО Хатанга
Формируемые особенности опорных населённых пунктов
– Чем будут отличаться мастер-планы, какими особенностями и «фишками»? Ведь Диксон, Дудинка, Игарка – очень разные города и по истории, и по уже существующим объектам и функциям.
– До защиты мастер-планов – нельзя сказать, что это уже утверждено. Но сейчас есть то, что обсуждалось с жителями, и то, что сами жители предложили в дискуссиях на стратегических сессиях. Например, в агломерации Норильск–Дудинка проект, название которого сами жители придумали: «Свет Таймыра» – предполагает создание принципиально новой адаптивной системы освещения, как уличного, так и архитектурной подсветки. Учитывая, что полярная ночь на Севере большую часть года, подсветка будет подстраиваться под биоритмы людей. Проект не сильно затратный, но при этом сделает города привлекательнее и комфортнее, ведь «правильный» оттенок освещения сильно влияет на эмоциональное состояние, особенно при нехватке солнечного света зимой.
В Норильске уже много сделано для подсветки улиц и зданий в ночное (зимнее) время. Фото Администрация Норильска
Яркий проект, который лично мне кажется очень интересным – создание в Дудинке Арктического Культурного центра сохранения традиционных знаний и практик коренного населения. Это большой современный, но не музейный комплекс, а именно такой центр сохранения народных знаний – через деятельность, через мастер-классы, через национальную кухню коренного народа, его прикладное искусство. Полноценный настоящий дом, где представители коренного населения творят, сохраняют таким образом свою культуру, традиции и передают их новым поколениям.
– Своего рода ремесленное училище?
– Как ни назови, всё равно очень узко. Такой Комплексный центр Традиционных знаний и практики – наверное более правильное название.
Ещё о Дудинке и Норильске, помимо того, что мы уже говорили: там нужен полноценный медицинский кластер, чтобы меньше было медпоказаний для перевозки пациента в Красноярск, к примеру. Нужен расширенный перечень, компетенции, квалификации специалистов там работающих. Естественно, наш Заполярный государственный университет – он сейчас развивается, при поддержке Норникеля строится кампус университета. Но очень важно формировать на его базе полноценный научный центр, создать исследовательские лаборатории по вечной мерзлоте, по технологиям строительства в Арктической зоне, т.е. такие вещи, для которых весь Таймыр – это полигон для исследований. Преобразовать университет в полноценный научный центр по актуальным технологиям для Арктической зоны, не забывая при этом про подготовку кадров и активное взаимодействие с работодателями.
Вид на Диксон в полярную ночь - ручей Портовый. Фото Юрий Ахломов https://t.me/dikson73
– Диксон?
– Там самое главное – создание полноценной базы Северного морского пути, базы обслуживания и безопасности. Это и дополнительные рабочие места в Диксоне, и возможность получения качественных медицинских услуг – там будет работать ФМБА (Федеральное медико-биологическое агентство). То есть мы никогда на 900 человек населения не сможем организовать там полноценную больницу по всем направлениям. А вот если это будет база ФМБА России, которая обеспечивает спасательные работы на большом участке Северного Морского Пути, то эти же специалисты смогут – есть такая практика в других субъектах Российской Федерации – обеспечить и качественное обслуживание местного населения.
Реалии Диксона - останки былого великолепия советских времён. Фото Юрий Ахломов https://t.me/dikson73
Также в Диксоне планируется сформировать компактный «арктический квартал». Сейчас там значительная часть квартир в домах пустует, старое жильё надо будет расчистить и сформировать визуально привлекательный арктический квартал. Думаю, это самое главное, что нужно в Диксоне сделать – очистить его от мусора, от полузаброшенных строений, и применить технологии малоэтажного строительства, сделать там общественный деловой центр, где в том числе и субъекты малого бизнеса будут развиваться, чтобы было им где места рабочие разместить, для удовлетворения запросов жителей Диксона.
Что касается Игарки – здесь главное: жилое строительство и долгожданная Игарская больница, уж очень много вопросов у местных жителей накопилось к здравоохранению. Мастер-планом предусмотрено совершенствование медобеспечения для обслуживания и «коренного» населения, и «вахтовиков».
Игарку надо отстраивать заново. Слева на острове аэропорт, в протоке - морской порт, на переднем плане остатки лесоперерабатывающего комбината, далеко на заднем плане сам посёлок, бывший город. Фото Виталий Иванов severin60.livejournal.com
Мы хотим повысить уровень туристической привлекательности Игарки и всего Туруханского района, сделать точкой притяжения круизных маршрутов. Как раз те суда, которые сейчас спускают на воду для Енисея, обязательно будут проходить через Игарку, там есть на что посмотреть: 503-я стройка («сталинская» железная дорога Салехард-Норильск – прим. ред.), пантеон Сталина в Курейке, подземный Музей вечной мерзлоты уникальнейший – повысить их доступность, осовременить, сделать удобные подъезд и подход, чтобы сами жители могли их посещать. Все те вещи, чтобы сделать Игарку компактным и комфортным для проживания, при этом привлекательным и визуально красивым городом.
Вот такие самые яркие проекты. Но ещё раз подчеркну: в мастер-планах предусматривается сценарий, подразумевающий некоторую вариативность. Предусматривается некий набор инвестиционных предложений для потенциальных инвесторов. Мы понимаем, что государство, например, строить арктический бутик-отель в Диксоне никогда не будет, но с точки зрения экономики появление уже частного бутик-отеля в перспективе возможно. То есть, ещё раз: эта инвестиционная часть может и не реализуется никогда по мастер-плану, или выстроится по-другому, в соответствии с конкретными идеями предпринимателей – просто потому, что, например, поменяется экономическая обстановка до 2035-го года.
Откуда будет финансирование обновления и нового строительства?
– А кто и откуда это будет финансировать? На Питерском экономическом форуме упоминали сумму в 2,8 триллиона рублей – это всё федеральные деньги? Или «оброк» с бизнеса?
– Это как раз те вещи, которые сейчас обсуждаются, и тут надо дождаться Комплексных планов. Потому что как только я или какой-то другой чиновник называет сумму, это означает, что эта сумма утверждена, запланирована в бюджете соответствующего уровня, либо в бюджете у недропользователя. Сейчас можно только с уверенностью сказать, что в целом будет обязательным подход, когда в реализации планов участвуют недропользователи. Доля участия, конкретные суммы – это все предмет очень активного обсуждения. Сначала нам надо видение развития этих городов согласовать с Президентом. Как только он одобрит, мы вместе с нашими федеральными коллегами будем определять уже конкретные параметры по тем мероприятиям из мастер-плана, которые – мы точно понимаем – будут реализованы. И вот тогда, ближе к октябрю, у нас будет понимание по суммам, и можно будет их озвучивать.
Объёмы нового строительства будут только расти. Фото Сергей Митрухин, Сибирский.Новостной
– То есть эти суммы возьмутся не просто из бесед и совещаний чиновников? Они в том числе обговаривается и с крупными компаниями, в том числе в формате соглашений между пользователями?
– Конечно, ведь никакой другой формат не может обязать частную организацию, компанию – что-то выполнить. То есть в распоряжении правительства не может быть написано, что вот такой-то недропользователь выделяет на реализацию Комплексного плана развития столько-то миллиардов, так только бюджетом можно распоряжаться после его утверждения. А вот в трёх- или четырёхсторонних соглашениях, и это тоже опыт Норильска, как раз и формируются обязанности сторон уже в рамках гражданского правого поля. У нас такие же соглашения есть по Северному морскому пути по объёму перевозки, например. То есть, когда мы говорим, что у нас Диксон будет больше половины грузов по СМП перевозить в перспективе к 2035-му году, это больше 100 миллионов тонн – мы опираемся на планы недропользователей, которые визуализированы в конкретных соглашениях, с цифрами по годам. Ну и мы понимаем, что провозиться через Диксон – это не через маленький проливчик между островом, а через большой Диксонский морской порт, вместе со строящимися угольным и нефтяным терминалам в 60 км к югу от посёлка.
Поэтому ещё раз: что касается сумм на реализацию мастер-планов – они наверняка будут сопоставимы с существующими соглашениями. Но конкретные цифры будут рассчитываться к осени этого года.
Норильск, летний Ленинский проспект. Фото Сергей Митрухин, Сибирский.Новостной
Записал Сергей Митрухин
Заглавное фото: Макет новых зданий в посёлке Оганер. Фото пресс-служба Норникеля
