«Сибирский. Новостной» продолжает знакомить своего читателя с достижениями в науке, градостроительстве, технике – со всём, что сотворено руками и гением человека, чем могут гордиться сибиряки. Так, побывав на Богучанской ГЭС, посетив новосибирский НОВАТ и прокатившись на поезде по Кругобайкальской железной дороге, мы отправляемся в заполярный Норильск. Знаете ли вы, что нигде в мире не строили столь крупный город (с населением свыше 170 000 человек) на столь неустойчивых грунтах? Норильск – пример масштабного покорения арктической природы. Именно поэтому следующим героем нашего проекта становится целый город.
Норильск – это не просто город за Полярным кругом. Это памятник человеческому упорству, инженерному гению и способности выживать в самых экстремальных условиях. Представьте: температура около -50°C, ветер до 40 м/с, вечная мерзлота, уходящая вглубь на сотни метров. И девять месяцев зимы! Здесь нельзя просто взять и построить дом. Всякий раз этот процесс – отчаянный вызов природе.
Дом у Медвежьего камня
Вообще, история норильского жилья началась с одной избы – её в 1921 году построили участники экспедиции Николая Урванцева. Урванцев и его команда искали полезные ископаемые, но им суждено было стать ещё и первостроителями. А первым домом будущего промышленного города стало скромное бревенчатое строение у подножия горы Шмидтиха, которую тогда называли Медвежьим Камнем.
Музей «первый дом Норильска» - восстановленное здание. Оригинальное, по понятным причинам, не сохранилось. Фото: «Сибирский. Новостной» / Денис Бородин
Серьёзное массовое строительство развернулось в конце 1930-х, когда стало ясно: богатейшие месторождения угля, никеля, меди и палладия требуют рабочих рук, а обладатели этих рук – жилья. Посёлок рос стихийно. Первые дома возникали рядом с рудниками, потому что добраться до них было почти невозможно: снежные заносы достигали 30 метров, и дороги приходилось порой пробивать взрывчаткой. Однако «аварийный посёлок», как его называли сами жители, быстро показал свою несостоятельность. Дома, поставленные прямо на лёд, к лету проседали и трескались. Тепло от печек растапливало грунты под ними, фундаменты «плыли». Быстро выяснилось, что строительство на мёрзлой земле – это не просто сложно. Это опасно.
Первый генеральный план
Уникальность норильских грунтов – в их разнообразии: здесь помимо скалы встречаются твёрдо-мёрзлые, пластично-мёрзлые, сыпуче-мёрзлые породы, а также линзы льда и талики. Всё это требовало индивидуальных решений для каждого объекта. Однако в 1940 году появился первый генеральный план Норильска. Архитекторы, прибывшие из Ленинграда и трудившиеся под руководством Витольда Непокойчицкого и директора комбината Авраамия Завенягина, выбрали площадку на берегу озера Долгое. Да, не идеальную, но ближайшую к производству. Это место называли Соцгородом.
В.С. Непокойчицкий и А.П. Завенягин. Фото: gazetazp.ru / ttelegraf.ru
Строительство началось с восьми строительных нумерных участков – в условиях крайнего дефицита времени, ресурсов и чудовищно сложных условий каждому объекту, даже на стадии проектирования и закладки фундамента, присваивался свой номер. Эти номера были своего рода техническими паспортами, за которыми стояли конкретные планы, сметы и выделенные ресурсы.
Перспектива генерального плана норильского никелевого комбината
Нужно ли говорить, что первые восемь номеров получили не жилые здания, а промышленные и инфраструктурные объекты будущего комбината: обогатительная фабрика, электростанция, котельная, водопровод и канализация, склады для материалов и продовольствия, административные здания для управления стройкой.
Дома «со всеми неудобствами»
Генплан как бы подчёркивал приоритет промышленности над комфортом, однако параллельно с возведением промобъектов шло и строительство жилья. Дома строили две бригады, соревнуясь между собой, какая улица станет первой в новом городе – Пионерская или Севастопольская. Победила Пионерская (ныне улица Богдана Хмельницкого), и именно её считают первой улицей большого Норильска.
Улица Б. Хмельницкого сегодня. Редкие жаркие арктические дни. Фото: «Сибирский. Новостной» / Денис Бородин
Одним из первых в Соцгороде стал дом №9 – присвоили его, согласно общей сквозной нумерации всех строящихся объектов города. Его, как и дома, возведённые чуть позже, не теряющие оптимизма жители Норильска называли жильём «со всеми неудобствами» - в них не было ни воды, ни канализации, ни централизованного отопления. Воду привозили на лошадях, туалеты находились во дворе. В квартирах жили по несколько семей, занимая даже кладовки и коридоры. Но это было лучше, чем бараки и балки Аварийного посёлка.
Фасады зданий, как видно, постоянно требуют обновления. Фото: «Сибирский. Новостной» / Денис Бородин
Чудо инженерной мысли
Опыт первых лет показал: строить на вечной мерзлоте нужно по-особому. Традиционные фундаменты не работали – их рвало при подвижках грунта. Норильские инженеры разработали два подхода: сваи до скального основания и висячие сваи, вмороженные в грунт.
Первый способ был надёжным, но дорогим: сваи забивали глубоко, до скальных пород, что обеспечивало устойчивость. Но до скального основания нужно было ещё добраться! Для этого вытаивали котлованы: разводили костры, прогревали грунт, а потом вручную его выбирали. Глубина котлованов доходила до 20 метров, так что объём предварительной работы вообразить довольно несложно.
Второй способ был дешевле, но рискованнее: сваи погружали в мёрзлый грунт, где они за счёт этого и держались. Холод их «прихватывал», создавая прочную сцепку. Однако если под домом происходило «растепление», сваи теряли опору. Надо было эту проблему решать.
Так выглядит подполье под домом, который стоит на сваях. Фото: «Сибирский. Новостной» / Денис Бородин
Ключевым изобретением стало продуваемое подполье – пространство между домом и землёй высотой в этаж. Оно позволяло холодному воздуху охлаждать грунт, сохраняя мерзлоту. В таких условиях важным было не допускать коммунальной аварии. Например, прорыва горячего водопровода, канализации или проникновения талых и дождевых вод. Тогда тепло проникало под здание, и сваи, опять же, начинали «плыть».
Аналоги подобного строительства в мире, безусловно, существуют. Так строили в Воркуте или канадском городе Уайтхорс, на Ямале или в Якутии. Но они не достигли ни такого уровня сложности, ни масштаба.
Норильский двор зимой. Фото: «Сибирский. Новостной» / Денис Бородин
Нетипичными для Арктики решениями в строительстве Норильска стало использование бутового камня и местного леса – кирпич был в дефиците и шёл, в основном, на промышленные объекты. Стены делали двойными с воздушными прослойками, что напоминало принцип термоса – это помогало сохранять тепло при минимальном расходе топлива. Дополнительно утепляли подручными средствами, например, фанерой с прослойкой из шевелина.
Ещё одна инновация, которую стали применять в заполярном городе, заключалось следующем: чтобы защищать дворы от ветра и снега, дома строили кольцом. Кроме того, архитекторы проектировали здания с минимальным количеством выступающих частей, двойными окнами и усиленными кровлями. А цветные фасады – тоже не прихоть, а необходимость: в полярную ночь они добавляли городу красок – этакая «колористика для духоподъемного настроения».
Когда мы говорим о первых домах Норильска, не можем не отметить, какой ценой они дались. Город строили заключённые Норильлага. Память о них хранит мемориальный комплекс «Норильская Голгофа», который расположен у подножия горы Шмидта (или – Шмитдихи, как ее называют норильчане).
Норильская голгофа. Фото: readymap.ru
Мониторинг и реновация
Сегодня Норильск меняется – в городе запущена программа реновации, продуманная до 2035 года. Но строительство на вечной мерзлоте по-прежнему требует уникальных решений. Теперь под домами бурят скважины, куда опускают термокосы – специальные датчики, которые измеряют температуру грунта и передают данные в центр мониторинга. Там понимают: если точка на карте зелёная – всё в порядке. Если жёлтая – нужно обратить внимание. Красная – риск аварии.
Для термостабилизации грунта используют холодильные установки, которые аккумулируют холод зимой и охлаждают грунт летом. Да, это дорого. Но необходимо: ущерб от таяния мерзлоты в Арктике оценивается в триллионы рублей.
Установка термостабилизации у многоэтажек в Талнахе. Фото: «Сибирский. Новостной» / Денис Бородин
В 2022 году компания «Норникель» занялась восстановлением скважин, пробуренных ещё в 1960-х годах. Заодно были проанализированы накопленные данные, которые показали: за 65 лет температура на глубине 80 метров выросла всего на 0,3°C, но на глубине 10 метров потепление составило 4,2°C. Это – следствие глобального изменения климата, которое в условиях Заполярья необходимо учитывать. Так что здания на поверхности – в зоне постоянного риска.
Уроки Норильска
Норильск – это город, который нельзя было построить по стандартным правилам. Здесь каждый дом – это опыт, каждая ошибка – урок, а каждый успех – победа над природой. История первых домов Норильска – это история о том, как человек может адаптироваться к самым экстремальным условиям, история о инженерной смекалке, о труде и о цене, которую пришлось заплатить за самый большой город на Крайнем Севере. Хочется также отметить, что и сегодня строительство в Арктике сталкивается с проблемами. Так в Тикси (Республика Саха), постоянно пытаются найти новые экологичные методы, но норильский опыт остается эталоном адаптации к мерзлоте.
Современный Норильск. Фото: foto.by / Елена Чернышова
Как писал один из исследователей, Норильск – это «высадка землян на ледяную планету». И эту планету они покорили.
Заглавное фото: gazetazp.ru
